Захар Рохлин

Образовательная система еврейской общины: тенденции развития и «болезни роста»

Современная община – от сплоченной группы к сетевой матрице
Поскольку данный материал – в первую очередь попытка осмысления роли образовательных структур в еврейской общине, то начать, очевидно, стоит с разговора о том, что именно можно считать общиной, а что – нет. Вопрос о самом термине «община» дискутируется довольно давно и окончательно не решен. Для большинства исследователей общим местом является определение общины как «единицы социальной или территориальной организации» (D. Poplin Communities: a survey of theories and methods of research. Macmillan, 1972. P.29). В рамках этой «единицы» протекает весь жизненный цикл индивида, при этом с остальными членами общины он связан не только культурным родством, но и территориальным соседством. В таком контексте «настоящая» община – это универсум, охватывающий пространственное и временное измерение включенного в него индивида.
Подобное определение исключает некую совокупность еврейских структур, расположенных в основном на периферии социального пространства включенных в них членов, из понятия «община». Классик community studies Маргарет Стэйси в ряде своих работ, в частности, в программной статье «Миф исследования общин» (М. Stacey The Myth of Community Studies // The Sociology of community. London, 1974), резко критикует тех исследователей, которые, зачастую будучи ангажированы той или иной структурой, пытаются создать «общину» на пустом месте.
По мнению Стэйси, называть общиной дискретные социальные группы и отдельные институции, их обслуживающие, в корне неверно. Очевидно, что, изучая еврейскую жизнь, например, в Российской Федерации или в Украине, соблазн совершить такую ошибку велик и, как видно из текста большинства исследований на «еврейскую тематику», практически непреодолим.
Однако, при всей справедливости упреков исследовательницы, нельзя совершенно игнорировать те социальные процессы, которые происходят вокруг так называемых «общинных институтов». Конечно, складывающаяся вокруг них среда мало напоминает чайн-тауны или итальянские кварталы из работ англо-американских исследователей времен «золотых пятидесятых» (а именно работы этого периода на долгое время определили подход социологов к изучению образовательной системы общин, см., например, материалы американского портала Informal Education (http://www.infed.org), публикующего статьи и информационные обзоры по проблеме общинного образования). Глобализация, кризис этнического самосознания, информационная революция и смена самого стиля жизни постиндустриального общества нашли отражение в работах исследователей «новой волны», например, Эндрю Мейсона (А. Mason Community solidarity & belonging: Levels of Community and their Normative. Cambridge, 2000). Он вводит для общины понятие «sub-set»: совокупность социальных групп и институтов, которые в ходе своей интеракции и составляют общину. Для определения этой структуры Мейсон использует понятие «матрица». Она образована общинными институциями и организациями. Наподобие передатчиков сотовой сети, они «перекрывают» жизненное пространство члена общины новой формации.
Та самая дискретность, о которой говорилось выше, создает в итоге сеть (network), то есть общину новой формации, ориентированную на информационный обмен и коммуникацию, а не на интеракцию в сфере производства или регуляцию социальной жизни ее членов.

Исследовательская практика – интервью и картографирование общин
Начиная с 2000 года автору этой статьи вместе с коллегами приходилось принимать участие в ряде исследований, посвященных образовательным учреждениям еврейских общин в бывшем СССР.
Исследования проводились в Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Красноярске и Москве и включали в себя интервью с руководителями различных образовательных структур общины, а также составление своего рода «Карты городской общины».
При интервью с руководителями основное внимание уделялось проблеме выбора образовательной концепции учреждения, «болезням роста», перспективам развития – как организационного, так и содержательного.
При составлении «Карты общины» анализировалась система взаимоотношений всех без исключения функционирующих в городе еврейских организаций, связанных с образованием, часть которых сотрудничает на «официальном» уровне, часть взаимодействует неформально, часть ведет порой весьма активную борьбу за «сферы влияния».
Ниже мы предлагаем итоги всех трех исследований. Напомним только еще раз, что в фокусе нашего внимания была образовательная система, а не структуры, обеспечивающие распределение ресурсов, общее руководство или общинное представительство.

Две концепции развития образовательной системы общины
Руководители образовательных структур общины формируют свою деятельность в рамках двух основных подходов, порою находясь в довольно мучительных поисках промежуточных решений.
Первый подход можно условно назвать экстенсивным. Он базируется на идее о том, что деятельность образовательной системы должна быть «близка потребителю» и формироваться исходя из его потребностей и мотивов. Как показывает практика, экстенсивный подход подразумевает преобладание «культурного» компонента в образовательных программах, а также перспективу социальной легитимации общинной деятельности в глазах респондента. Это подразумевает сочетание неформального образования с формальным, а также возможность профессиональной реализации и развития за счет общинных программ. Также именно к экстенсивному подходу можно отнести и систему социальной поддержки, осуществляемой общинными центрами.
Второй подход, в противовес предыдущему, можно определить как интенсивный. В его рамках общинное образование направлено на проблемные области в структуре этнической самоидентификации потенциального потребителя. Если экстенсивный подход в значительной степени нейтрален с точки зрения идеологической, то интенсивный, наоборот, во многом субъективен и отражает определенную этнокультурную концепцию общинных лидеров. Основными направлениями деятельности в данном случае становятся противодействие ассимиляционным тенденциям, развитие национального самосознания (и, во многом, формирование его в рамках определенной концепции), а главное – противодействие тенденции переноса этнических установок членами общины исключительно в сферу культурных интересов. Интенсивный подход в первую очередь предполагает развитие этносоциальной среды на базе образовательных программ.

Координаты общинного пространства
Говоря о «Карте общины» нельзя не сказать несколько слов о некоторых общих закономерностях формирования общин- ного пространства и упоминавшейся «матрице» общинных структур. Ее ячейки расположены между полярными концептами еврейского социума. Попробуем обозначить их (с достаточной долей условности, разумеется):
«Религиозность» – «Секулярность». Это очевидное деление большинства еврейских организаций. Разумеется, внутри каждого полюса есть свои деления, однако практически все учреждения, создающие общинное пространство, можно расположить на этой оси.
«Израиль» – «Регион». Это также достаточно очевидная поляризация. Часть общинного пространства занимают организации, либо поддерживаемые израильскими структурами (например, культурные центры, школы), либо непосредственно связанные с проблемами алии и абсорбции (различные институции Еврейского агентства, консульства и представительства Израиля). Другая часть организаций ориентирована на местную специфику и региональные интересы.
«Культура» – «Социальная работа». Здесь, возможно, нет столь очевидной поляризации, а кроме того, менее очевидно противостояние, нежели в первых двух парах, однако же оно есть. Какая-то часть организаций ориентирована на культурно-просветительскую деятельность, какая-то – на социальную работу и социальное обеспечение.
В рамках представленной выше системы координат можно определить особенности позиционирования образовательной системы еврейской общины. И членам еврейского сообщества, и сторонним наблюдателям присущ общий стереотип восприятия: организации и учреждения, в названии которых присутствует слово «общинный», занимают или должны занимать центральное место между полярными областями. Это же является декларируемой позицией самих общинных деятелей. Практика еврейского образования на местах опровергает эту установку. В силу ряда причин те институции, в том числе и образовательные, которые должны были бы располагаться в центре, смещены к тому или иному полюсу. Это мешает им реализовывать свои функции по интеграции общинного пространства и обеспечению продуктивной коммуникации между его субъектами.
Системе общинного образования (общинные центры, клубы и т.п.) не всегда хватает плюрализма и способности интегрировать различные позиции еврейского образовательного пространства.
Попробуем представить возможности решения этой проблемы.
Коммуникативная роль образовательной системы общины состоит в основном в привлечении новых членов в сферу влияния этих институциональных субъектов. Главная задача при этом – заинтересовать потребителя образовательных программ в продолжении процесса интеграции в общину и при этом обеспечить адресную направленность этого процесса. Т.е. на каком-то этапе, определив окончательно свои интересы, потребитель общинных образовательных программ переходит в сектор, более всего отвечающий его запросам. Деятельность общинных образовательных учреждений в этом случае частично направлена на распределение потребителей по другим, более специализированным образовательным структурам, а частично на интеграцию в ту социальную жизнь общины, которая лежит за рамками образовательной деятельности.
С другой стороны – общинное образование должно брать на себя, помимо интеграционных и распределительных, компенсаторные функции, заполняя лакуны спектра образовательных услуг и программ.

Вместо заключения: поиск технологии в условиях управленческого и демографического кризиса
Основной нашей задачей было создать представление о деятельности и развитии образовательных систем еврейских общин, исходя из двух направлений анализа. Первое заключалось в особенностях подхода «эдюкейторов» общин к определению индивидуальных особенностей этнокультурной идентификации потенциальных потребителей учебных программ, их запросов и мотиваций. Второе направление включало в себя общий анализ деятельности всех организаций и учреждений, которые обеспечивают в той или иной форме этот процесс.
При попытке спроецировать выявленный в той или иной общинной институции подход с ее позицией к общей «матрице» остальных образовательных структур обнаружилась общая тенденция к конфликту в сфере обеспечения коммуникации между всеми элементами образовательного пространства. Частично это связно с тем, что не всегда община реально осознает свою роль коммуникатора, частично с тем, что ей не дают реализоваться полностью другие игроки общинного пространства, претендующие на доминирующие места в еврейском социуме. Зачастую системы общинного образования становятся жертвами политических игр и перестановок. В качестве примера можно вспомнить нашумевший этой осенью кризис в системе воскресных школ, которые были сняты с прежних источников финансирования (Министерство образования Израиля) и частично переданы Сох-нуту, частично отпущены в «свободное плавание». В результате многие из них либо закрылись, либо претерпели серьезные организационные перестановки.
Есть и еще немало примеров недальновидной, с точки зрения общего развития диаспоры, деятельности. Однако в данной статье мы хотели заострить внимание прежде всего на двух проблемных моментах. Первый связан с проблемой исследования постсоветской еврейской общины, а второй – с проблемами формирования образовательными системами общины стратегий развития и взаимодействия с партнерами. Разумеется, и ввиду небольшой выборки, и в силу первоначально инструментальных задач исследования (оно начиналось как программа сбора справочной информации по образовательным учреждениям, и лишь в процессе мы включили в его программу компоненты, ориентированные на получение аналитических выводов) оно не может претендовать на всеохватность. Вместе с тем представляется важным продолжать исследовательскую деятельность в данном направлении, так как пресловутое уменьшение «еврейского демографического ресурса», при всей неоднозначности и многоплановости этого явления, несомненно требует перемен в устоявшейся практике общинного образования. Особый интерес в рамках подобных исследований будут представлять, очевидно, те работы, в которых сочетается анализ социологических данных с предложениями конкретных технологий и моделей развития.